Без инвалидности и путинских выплат. Техник-лаборант СОКБ не может восстановить здоровье спустя почти год после заражения COVID-19

0
68


С начала пандемии короновирусной инфекцией на Ямале, согласно данным официальной статистики, заразились свыше 37 тысяч человек, из них выздоровели 35 тысяч. Впрочем, по мнению многих врачей, поскольку болезнь новая и до конца не изученная, считать тех, кто переболел, полностью выздоровевшими можно весьма условно. Последствия могут быть разными. Историю техника-лаборанта Салехардской окружной клинической больницы Екатерины Худи, наверное, можно отнести в разряд тех самых особых случаев с большими осложнениями. До сих пор молодую женщину мучают болезненные судороги, она не может разогнуть спину и выпрямить ноги, каждый шаг причиняет ей боль.

Неслучайное заражение

Впрочем, из дома Екатерина практически не выходит. Разве что в больницу – на консультацию с врачами. Медики не могут определиться, что с ней. Ставят, снимают и снова ставят диагноз «полиневропатия неуточнённая», но признают, что болезнь уже носит хронический характер. Сама Екатерина настаивает: до заражения COVID-19 таких нарушений здоровья у неё не было, а заразилась она именно на работе –в лаборатории СОКБ.

Напомним, в апреле прошлого года бригаду сотрудников лаборатории командировали в порт Сабетта, где случилась вспышка заболеваемости Covid-19. По возвращении медиков не отправили на карантин. По решению заведующей отделением Людмилы Бикбулатовой, они выходили на работу. Людей не хватало, работать было некому, тем более что деятельность диагностического центра была организована в несколько смен, по сути – круглосуточно. Вскоре заболели как сами съездившие в Сабетту лаборанты, так и те, кто контактировал с ними в так называемый бессимптомный инкубационный период.

Екатерина Худи попадала в смену с одной из таких контактных сотрудниц и в середине мая слегла с очень тяжелыми проявлениями COVID-19. Вскоре заболели оба её сына – 13 и 3 лет. И до сих пор Катя находится на больничном.

В очередном ролике, опубликованном в соцсети «ВКонтакте», Екатерина откровенно рассказала о том, что дважды проходила экспертизу в психо-наркологическом диспансере, где никаких нарушений психики, отклонений от нормы у неё не выявили. Рассказала также, как в ноябре прошлого года подала пакет документов на рассмотрение комиссии медико-социальной экспертизы. Но комиссия заочно приняла решение о том, что состояние здоровья женщины и выявленные врачами недуги не являются достаточным основанием для назначения ей инвалидности и, соответственно, ежемесячной выплаты социального пособия. Тем не менее работать Екатерина Худи совсем не может. В своём ролике она чуть ли не в отчаянии восклицает: «Живу в богатейшем регионе, и никто не может мне помочь!».

Недавно в Салехард приезжали врачи из Санкт-Петербурга, Екатерина попала на приём к неврологу. Ей сказали, что, вполне вероятно, коронавирус спровоцировал мощный выброс токсинов именно в кости и мышцы, и теперь эти яды нужно вымывать – ставить капельницы. «Будем пробовать, попробуем лечить так», —  смиренно вздыхает необычный пациент. На вопрос, получила ли она обещанную президентом Путиным компенсационную выплату за то, что заразилась на работе, Екатерина ответила, что нет. Расследование её случая может начаться только после полного выздоровления и закрытия больничного листа.

Страхи — в сторону

Между тем стало известно, что далеко не все переболевшие COVID-19 сотрудники лабораторного отделения СОКБ получили выплаты. Некоторые, видимо, по оценке руководства больницы и лично заведующей отделения Людмилы Бикбулатовой, сами оказались «виноваты» в том, что заболели. Причиной их инфицирования в медучреждении назвали «нарушение санитарно-эпидемиологического режима». В теории люди действительно могли подцепить заразу в транспорте, в магазине и даже дома — от инфицированных родственников. Но точно также причиной могли стать контакты с зараженными биоматериалами в лаборатории и с инфицированными коллегами. Редакция ЯмалPRO выражает надежду, что данным вопросом заинтересуются окружные правоохранительные и надзорные органы. Да и самим сотрудникам СОКБ стоит, наверное, отложить в сторону страхи и обратиться с заявлениями в прокуратуру.

Катя Худи старается не падать духом и пытается восстановить здоровье, чтобы выйти на работу, достойно содержать своих детей. Она воспитывает их одна, без мужа. Шутит: «Мечтаю надеть каблуки!». На самом деле — радуется тому, что просто осталась жива. Не всем заболевшим COVID-19 повезло выжить.

Екатерина очень благодарна коллегам, которые на протяжении прошедших девяти месяцев звонили, интересовались её самочувствием, поддерживали. Среди них была и её некогда наставница по работе в лаборатории Татьяна Таныгина. На днях она умерла, заразившись коронавирусной инфекцией и не справившись с болезнью.

Ситуация Екатерины осложняется тем, что руководство лабораторного отделения и самой СОКБ, видимо, не хочет признавать своей вины в том, что женщина заболела, заразившись на рабочем месте. Мы не исключаем того, что Екатерине придётся защищать свои права и интересы в суде, и будем следить за развитием этой печальной истории.

P.S. Тех, кто захочет помочь Екатерине материально, просим направить сообщение на почту редакции. Мы предоставим реквизиты и контактный номер телефона с ее согласия. Связаться с Катей также можно через соцсеть «ВКонтакте».

Ранее по теме:
«У них миссия – запереть меня в ПНД». Сотрудница лаборатории Бикбулатовой показала последствия перенесенного коронавируса

На Ямале коронавирусом заразились свыше 130 медиков

«Меня превратили в инвалида за 50 дней». Сотрудница лаборатории Бикбулатовой – о заражении салехардских медиков коронавирусом

Источник

Поделиться